Weathering with You

[malamba]

Его название переводят как "Дитя погоды", но это просто вредительство переводчика, поскольку буквальный перевод искажает смысл. Вот нормально же перевели на английский, хотя тоже некорректно.

Возможно, у Макото Шинкая (ну вот не надо мне рассказывать про систему Поливанова и нездоровое стремление выпендриться и произносить "С", когда там чувствуется уверенное "Ш". Шибуйя, Шиндзюку. Шинкай!) просто нет человека, который молчит, сопит, ходит между аниматорами, а потом в конце выдает название.

Потому что "дитя" отдает розовыми соплями и инфантилизмом, хотя фильм - о преодолении, об ответственности и тяжкой ноше, которую огни все несут.

Я смотрел его позже шедевральной Suzume no Tojimari и это заставило меня крепко задуматься, а может стоило их трогать в хронологическом порядке? Может, Сузуме я воспринял бы иначе? Не знаю. У японцев должно быть особое слово, характеризующее это состояние недоуменного незнания, которое, я уверен, сродни удару колокола ранним утром в храме Идзумо Тайся. Особую пикантность этому незнанию добавляет факт, что в Идзумо нет колокола.

Так вот, Weathering with You.
Так вот, это Макото Шинкай, и этим все сказано. Дальше идет набор банальностей, которые описывают визуальный ряд фильма. Кто сказал, что банальности - бывшие комплименты, которые еще немного и станут ругательствами. Ах да, я это и сказал. Кажется в восьмой главе, но это так, личное, не стоит обращать внимание.

Кто не любит или не понимает Японию - что одно и тоже,- фильм не смотреть.
Кто любит и не понимает, - что тоже одно и тоже, может смотреть и любоваться.
Кто понимает и лишен любви ( а чего любить, вы их цены видели?) - ну не знаю, не знаю.

Фильм - сплошное любование. Визуальное наслаждение городом. Там же такие узнаваемые характерные мемы Токио, каждый - икона стиля. Шиндюзку с его Lumine, незабываемым рядом небоскребов и рекламы, парком (да, ла, "Сад слов"!), типичные токийские узкие улочки и непередаваемый японский набор жизни: метро-лапша-работа, над которым дождь, прозрачные зонтики (их воруют чаще всего), над которым тяготы и лишения японский службы. А еще мистический Иной мир.
В каждом кадре, не уверен, что все это заметят, огромный мир, который намного больше сюжетного действия. То есть, буквально, убери героя или главных героев из кадра - и перед нами другой слой, причем самодостаточный, как вторая сюжетная линия.
Это невероятно, насколько у Макото насыщен бэкграунд, который живет своей цельной независимой жизнью. И я не знаю, кто еще так делает.

По большому счету, фильмы Шинкая - это современный аналог гравюр Хиросиге. Или Хокусая. Не знаю, кто больше для матери-истории ценен...

Сюжет, да сюжет, плотная жизненная история о мечте, о желаниях, о любви и дружбе. О том тонком, непередаваемом тонком (вспомните незвонивший колокол), что не передается словами, что встречается между людьми и связывает их в одной целое. Ведь даже скотинистое жмотство Суга (три тысячи иен в месяц - это поесть один раз от души, причем от скромной души), оно не ощущается, как следовало бы, как циничное использование. Скорее как намеренное действо семпая, старшего умудренного товарища, который понимает, что только так вырабатывается характер.

Их всех связывает атмосфера близости. Особой духовной близости. Именно поэтому Суга бросается на полицейских. Они все - одной крови. Точнее, одного неба. Одной погоды.
И эта близость, особая связанность - на фоне безумно чарующего Токио.

Фильм - шедевер, тут не может быть и речи о другой оценке.