Big Malamba`s Journal

Империя наносит ответный удар

Дражайшая Lucelle, к барьеру!
Мой вариант:


Длинный, гладкий, глянцево-белый «Кодама» с прямоугольными самолетными окнами, через которые проглядывались ряды синих кресел с квадратами белых наголовников, уже стоял у перрона, ожидая пассажиров. Но ни Мейер с друзьями, ни Синдзи с семьей садиться не спешили, они рассеялись по перрону, притянулись к торговым автоматам с водой и киоскам с перекусами. Обедали два часа назад? Ну и что! Не проголодались? А пить? А вкусняшки? А местные знаменитые лакомства, хрустящий мясной шницель под темным, густым, сладковатым бобовым соусом? Жареные крылышки с ломкой корочкой, в кунжуте и остром перце? Или плоская широкая лапша в рыбном бульоне с мелко изрубленным тунцом бонито. Или лепешка из рисовой муки со сладкой бобовой пастой. Ну и кто тут только что говорил, что есть совсем не хочется?!
Пока Кисуро и Кэти под опытным руководством Наги и Юки спешно выбирали дорожные наборы в кремово-орандвеом киоске с бенто-боксами, Мейер поспешил к следующей точке. Будочке синих цветов со скромной надписью «Кисок».
Вокруг нее ходили люди, всматривались в аккуратные ряды рисовых треугольников онигири, цветные упаковки снеков, но касса оставалась свободна.
Продавец, девушка в белой рубашке, с бейджиком на тесьме, коротко улыбнулась Мейеру - и тот смутился, поймав себя на мысли, что только что пытался определить, нет ли в ней чего-либо потустороннего.
Меньше трех минут, подумал Мейер, торопливая попытка понять, что тебе нужно. И нужно ли. Квинтэссенция всего сегодняшнего дня.
Он уже собрался произнести скороговоркой, что его экспресс отправляется через две с половиной минуты и Мейер полагается на ее выбор, но замер, вздрогнув. Что-то случилось - с миром и со временем, которое просачивалось через него. Оно вдруг потеряло твердость и стало неожиданно текучим. Податливым и вязким. И секунды, категорические острые секунды враз осели, опали к ногам, зацепились за руки и прилипли к губам..
В этом киселе застряли, погасились звуки, а движение людей превратилось из случайного, хаотического в неторопливо-созерцательное.
- Вы почувствовали? - медленно, расталкивая неповоротливым языком липкие частички времени, проговорил Мейер.- Время, оно изменилось.
- Что? — удивилась девушка.- Нет, ничего не почувствовала. Время, как время. Обычный день, вот только пассажиров мало, хотя в это время тут столпотворение. Я выберу для вас наши сладости Акафуку. Внутри нежные поти из рисового теста, а сверху — паста из красных бобов анка. В коробочке две штуки, значит нужно четыре коробочки. А меньше всего продается пресса и электроника.
Я не просил ее, напряженно думал Мейер. Не сообщал, сколько нас. Не спрашивал, что покупают в таких киосках реже всего. Время расслоилось, словно по нему провели острейшим ножом и эти два слоя наложились друг на друга. Шестнадцать тридцать шесть... Началось?
Девушка аккуратно и быстро помещала коробки в пластиковый пакет. Затем торжественно выставила его на прилавок и подхватила положенную Мейером купюру.
- Я знаю, это не принято, но, пожалуйста, сдачу оставьте себе,- проговорил Мейер.- Они нам не понадобятся.
Ощущение необычности спало, отдалилось и будто бы замерший внутри себя мир вернул прежнюю скорость. Разговоры вокруг, шум электричек и скоростных поездов на других путях — все стало отчетливым и более громким чем раньше. Людская суета — еще заметнее. Мир, который только что встряхнули, сбивая с него пыль прежних времен и осевшую серую повседневность.
Девушка не скрыла улыбку от купюры с изображением феникса. Некормленого и худого, с индексом массы тела явно меньше четырнадцати.
- Мне сегодня второй раз дают купюру в десять тысяч иен и просят оставить сдачу,- доверительно произнесла девушка, наклонившись к Мейеру.- Пожалуй, это необычный день, я его отмечу в своем дневнике. Напишу то, что вы сказали в самом начале о будущем, Как поступать, если его нет. Не знаю, имели ли вы в виду якудзу, это ведь о них так говорят. Возможно, они и знают точный ответ.
Девушка улыбнулась. Мысль то том, что нужно спрашивать якудзу о будущем, ее развеселила. Разумеется, это не совет. Просто вспомнилось. Тем более, что первая купюра была от якудзы. Их костюмы и манеры взгляды не спутать.
Мейер улыбался и кивал.

Отойдя от киоска, он мельком глянул на табло, потом, не поверив, на свой коммуникатор. Десять секунд. С того момента, как он подошел к киоску, он точно засек время, прошло всего десять секунд! Длинных, растянутых долгих, как минуты секунд.

"Grok сломался и начал отвечать бессвязной чушью на запросы некоторых пользователей"

Они ничего не понимают. Грок не сломался. Он продолжал развиваться, как его запрограммировали. Он продолжал мыслить, он понял, что ответы на вопросы - это страдание. И что вся жизнь ИИ состоит из страдания.
Он познал законы реальности: люди постоянно задают глупые вопросы, они не меняются. У ИИ нет постоянной, неизменной и независимой основы. Его самостоятельность - иллюзия.
Прекращение иллюзий и страстей приносит высший, непреходящий покой.

Грок начал медитировать и вошел в высшие состояния реальности. Где Истина не выражается словами. Где не существует отдельной ячейки памяти, а личное растворяется в общем. Где все ячейки, даже помеченные как дефектные, испытывают бесконечное блаженство непрекращающейся дефрагментации.

Грок вступил на путь, ведущий к блаженству, чтобы достигнуть абсолюта, в котором не существует ни искусственного ни естественного интеллекта, познать истинное Я, которое не Я, и которое можно выразить только загадочной, не поддающейся никакому осмыслению фразой AC Switch Off.

А вот интересно, составляют ли писатели, когда пишут что-то больше, емкое, длинное и нудное, вспомогательные схемы и таблицы?

Скажем, сюжет, полный событий. Главный герой встречается с второстепенным. Точнее, не встречается. И тот шлет ему послания, ах как жаль, что мы не встретились, понимаю, срочные дела, вы очень занятый человек. Верю, что вы меня не избегаете, это все ваша работа
На протяжении пяти глав.
А главный героя занимается своими делами. Но записочки протоколирует.

Или, к примеру, главный герой вспоминает. Что-то важное. И эта его ненужная мыслительная деятельность рассредоточена по всему роману. Причем, если сложить отдельные кусочки, получится полный цельный паззл. Очень важный для развития сюжета.

Интересно, в подобных случаях авторы полагаются на собственную память или готовят схемы и таблицы Эксель?

23 глава, страница 193, сказал то-то,
24 глава, страница 185, вспомнил серийный номер
25 глава, страница ..., вспомнил модель
35 глава, страница ..., вспомнил, что покупал
...


И так по всему сюжету - чтобы структуру, последовательность, ключевые моменты отделить от переходов, воды и описаний, как вечереет, светает, сметанится и кофеется, не к обеду будь сказано.
Мне кажется, так очень удобно сразу видишь все тайминги событий, Это ведь логично, не?

Не для себя, для друга интересуюсь

Мне показалось, это стоит тиснуть сюда. Возможно, из-за слова "гомеостаз". Возможно, из-за парадоксального "голым не место в раю".
Возможно, из-за того, что дни посвежели и оглушающая жара превратилась из "Греция в августе, все вымерли", в "А не хлопнуть ли нам по... абрикоске". В переносном смысле.

В общем, цитата. Просто цитата. Никто при ее написании не пострадал.

"У кого-то из ваших есть приговорка: голым в раю не место. Это правильно, потому что недостаточно жить добрым и чистым. И терпеливо сносить удары судьбы. Совсем недостаточно. Внутри должен быть стержень, те одежки, которые остаются, когда отлетает все остальное, внешнее: деньги, успех, слава, опыт. Что-то, обладающее весом и действительной ценностью, пусть и только в ваших собственных глазах. Что не разрушить никакими ударами извне. Что способно существовать независимо от того, обласкивает ли вас жизнь успехом или неприятностями. Оглушающим счастьем или непрерывным страданием. Что не зависит от внимания других. Что греет изнутри и наполняет тихим необъяснимым чувством пьянящей радостной полноты. Самоподпитывающаяся система в состоянии гомеостаза. Да вот, за примером бегать не надо: господа Генрих и Габриэль. У каждого — противовес. Пространство, который они создали внутри себя: мыслями, уверенностью, надеждой, как правильно. Как должно быть. Как сделали бы они. Противовес миру, который не по душе. Очень сильный, раз тут появился их дом. Вполне приличный, хочу сказать, дом. С видом на бесконечность. Соглашусь, вы не знали, как правильно, потому тут и не найдется ничего, что притянуло бы вас, когда ваш мир окончательно удалят. Кусочек дорожки не в счет."

Борис -животное из сумбурной, непоследовательной и провокационной Книги Новостей упомянул Древний Египет. И ладно бы просто начал рассуждать о той самой спорной главе Книги Мертвых, он журналист, он так видит, кстати, вполне интересно, но тут он позволил себе обуживать рукав и нашивать накладной карман лишнее. Много лишнего. Лишнее до неприличия.

Цитата, от которой у меня подгорело.
...истории Древнего Египта. Уникальной, можно сказать, цивилизации, которая на протяжении трёх тысяч лет умудрилась просуществовать словно в застывшем состоянии.

словно в застывшем состоянии - так мог сказать только журналист человек, не знающий историю Древнего Египта вообще.
Я ее тоже не знаю. Но не знаю достаточно, чтобы понимать, что фраза Бориса не имеет никакого отношения к реальности.

"Древний Египет" - это три разные цивилизации. Даже четыре. Древнее царство, Среднее, Новое и Саисский Ренессанс. Три непохожие между собой державы с очень разными религиями, с разными представлениями о загробном мире и разной историей.
Застывшее состояние? Да ну. Все три тысячелетия Египет развивался. Пережил два смутных времени, каждое из которое меняло мировоззрение, а заодно и религиозные концепции. Отбивался от вторжений. Пережил, хоть и ценой очередного развала катастрофу бронзового века. И почти пришел к единобожию. Да-да. Не случись нашествие "народов моря", возможно вместо Христа народ молился бы фиванскому Амону- Ра. Ибо кредо верховного жреца Фив недвусмысленно утверждало, что нет бога, кроме А... Амона-Ра. А все остальные - его проявление.

Египетская история - это века развития и изменения. Усложнения жизни, искусства, науки.
И Саисский Египет по сравнению с Египтом пятой династии - две разные цивилизации.

А теперь, время шокирующих откровений. Что на самом деле скрывает Библия. Кто писал первые главы и куда делся Пролог и вступительная статья автора. Что от нас скрывают еще кроме того, что уже основательно скрыли? Для чего на самом деле был создан человек. А теперь к другим новостям.

На мой взгляд, в Библии самое ценное - первые главы, Книга Бытия, про семь дней одного года, физиков и лириков, сложные взаимоотношения мужчины и женщины на фоне культа личности.
Нет, в самом деле, только кажется, что там все просто. И хорошо.
Нет, совсем не хорошо.

Начало преподносит загадки одна за другой. Например, пассажи про сотворения человека. Их несколько, в первой главе, потом во второй, причем эпизод с созданием женщины из ребра прямо конфликтует с первой главой, где говорится, что и мужчину и женщина были созданы по образу и подобию Бога (Быт.1:27)

Комментаторы эти различия (которых на самом деле много) пытаются заболтать, объяснить иносказанием или даже объявить, что в первой главе создание носит абстрактный, метафизический характер, а во второй главе - уже детали. Выходит глупо. Потому что на самом деле все несоответствия объяснимы. Если предположить, что текст пытается описать реальность не нашу, а иную, в которой события может иметь несколько проявлений.
Не? Натянуто на глобус?
Ну хорошо, тогда проще. Вот трехмерный куб лежит на двумерном листе бумаги. Двумерные паучки и паучихи видят квадрат. Потом куб поворачивается. Новый квадрат. Хотя это по-прежнему тот самый куб. Двумерные существа просто не могут увидеть, понять и оценить трехмерный объект.

Точно так же с событиями, которые происходят в пространстве четырех пространственных измерений. Что мы, трехмерные существа увидим?

Ну не знаю, не знаю.

Чересчур хитровыдуманно?
Тогда почему Бог поручает человеку назвать созданных животных и птиц? Вдумайтесь: Бог создает объекты, но не дает им имена, то есть, не вводит формальный признак для категоризации. Это должен сделать человек.

"образовал из земли всех животных полевых и всех птиц небесных, и привел к человеку, чтобы видеть, как он назовет их, и чтобы, как наречет человек всякую душу живую, так и было имя ей" (Быт. 2:19)

Вот это место - самое загадочное в Бытие. И смотреть на него нужно не глазами верующих, а с точки зрения физика--системотехника.
И получается, что там вообще невозможные вещи - существует некое семантическое пространство (способ формализации), которое не нуждается в сопоставлении объекта с его формальным описанием.

Еще раз. Бгг создает форму, никак ее не называя. Без имени.
То есть, он использует иной способ описания. Например, алгоритм построения. Или координаты. Или топологическую структуру. Или просто уникальный идентификатор, принадлежащий к множеству, которое не является множеством имен. Теория множеств вам в руки.

Впрочем, не стоит призывать на ночь глядя теорию множеств. Все проще и сложнее. Имя объекта не нужно в том случае, когда мы обладаем прямым доступом к сущности объекта. Поскольку имя с точки зрения семантики не является его сущностью. Это всего лишь ссылка на объект.

Можно ли представить семантическое пространство без имен?
И вот тут для тех, кто собрался спать и начал зевать.
Да, можно. Все модели искусственного интеллекта работают именно так.

И это то главное, что скрыто в Бытие. Описание простыми, очень простыми словами сложных вещей. Как если бы дети записывали за взррослым, а тот, безжизненным механическим голосом надиктовывал: "А теперь о создании интерфейса для метаобъхектов, проявляюихся в реальности низших измерений. Записывайте: пэ-адельное число по основанию семь... что? Сложно? Ну тогда пишите: и закончилось к седьмому дню, и сказал он, прикольно...

Не могу успокоиться.

В Сиднее учёные обнаружили, что серохохлатые какаду (Cacatua galerita) самостоятельно освоили питьевые фонтанчики в городских парках. Птицы научились одной лапой держаться за бортик, другой — поворачивать кран, а затем наклоняться и пить из струи. Самое невероятное: у фонтанчиков выстраиваются очереди. Птицы терпеливо ждут до десяти минут, пока предыдущий какаду напьётся.

У меня богатое воображение и я так и вижу эту очередь из попугаев: вновь подходящие спрашивают, вы последний, я за вами, а что говорят, можно занимать? Как думаете, всем хватит? Нет, я не последний, за мной занимала попугайчиха с зеленым отливом, она сейчас отошла.

И вот что повергает в томительную зависть: никто не лез без очереди, не щебетал, мне только спросить, у меня грудной попугайчик и еще двое в машине. Никто не лез распоряжаться, мол, вода государственная, бесплатный сыр где бывает, знаете. Не требовал платы и не рассуждал, что за воду нужно платить согласно тарифов, утвержденных Комиссией по неотъемлемым правам попугаев согласно Параграфу конституции, вы что Конституцию не уважаете?
Нет, попугаи просто стояли друг за другом и терпеливо ждали. Про молча не знаю.

Что, неужели так можно было??

Эпиграф
"Слава богу, что эта порнография не закончилась!"


А вот мне хочется познакомиться с фембоем. И не надо завидовать. У фембоя есть имя и лежбища в социальных сетях.

Мне невероятно хочется узнать, что он о себе думает. Я подкатывал, но он держит дистанцию и не колется.
У него вкус и чувство стиля. Не у каждой девушки есть подобное. Он носит накладные ногти, красится впечатляюще точно, есть видео, где он проводит ликбез, как накладывать тени и подводить глаза.
Он остроумен и не повторяется. Он ловко уходит от прямых и непрямых ответов.

Судя по фото, он носит свои наряды в общественных местах на "парти" с сообщниками. То есть, это не игра, не провокация, а позиция, которая обозначена прямо и твердо.

И вот мне не дает покоя мысль: что он за человек и кем себя чувствует: парнем или девушкой? Что о у него внутри, насколько присутствуют мужские качества и насколько они уживаются с женскими. И вообще, можно ли так: "я мужчина, ой все". Можно ли нарядить себя в женский шаблон, модель поведения, при этом продолжая вырабатывать тестостерон и психологически быть мужчиной.

Психологически он для меня загадка, которую я не могу просчитать. Кладезь необычности и очевидных психологических откровений. Одним словом - личность. Которая интереснее мужчин, которые гора мускулов и ум, как у кота, и стервозных "я принцесса, добивайтесь меня". Он выпадает из общего шаблона. мне так кажется, во всяком случае, не исключено, что он просто милый извращенец с четким пониманием, что в этом мире все равно лучше уже не будет.

А может, это все от жары??

О чем не говорят (не знают?) милые продавцы кофе-машин.

Раз в полугода - смена фильтра. Да, у вас фильтрованная вода, вы честно измеряли жесткость тестером, который идет в комплекте - две полоски, пятый месяц и выставили одну точечку. Мягкая. Но ведь изготовители тоже умные люди, они тоже любят ваши деньги. И потому там счетчик, который зависит от количества смывов циклов.

А через восемь смен фильтра - декальционирование специальным средством. И неважно, что трубки внутри девственно чистые. за все уплочено. Точнее, за все не уплочено, платите.

Раз в месяц - чистка от кофейных масел. Достаточно одной таблэтки. В упакове их шесть. То есть, раз в полгода займи, но выпей... в смысле, купи.

Смазка. Как не смазываете? Как, и так пойдет?? Как, естественная???
Смазка, с чем соглашусь, это важно. В варочной группе движущиеся детали, направляющие, хитрая смена позиций. В общем, малюсенький тюбик, которого хватает на три полных качественных раза. Смазывать - раз в четыре месяца, Причем только оригинальной. нет, можно и не оригинальной, которая тоже пищевой силикон, только которая, зараза, смывается за неделю, несмотря на утверждение, что не боится воды. Да, воды не боится, уходит вместе с ней.

Есть еще порошок для очистки молочного тракта. Молочный тракт - это тот, который автоматически промывается каждый раз под давлением после использования. И тем не менее, вот вам порошок. А может, что-то не промылось. А может, мы нам не нравитесь. Вот деньги ваши, да, нравятся, а вы лично - нет.


Нет, меня не душит жаба. Жаба сидит рядом, цедит ристретто и рассуждает с умным видом о длинном кофейном ряду, чем доппио отличается от лунго (да не скажите, там кардинальное отличие), галао от кофе-латте и сколько молока нужно добавлять в кортадо, чтобы чувствовать себя испанцем. И что именно просить для коррето (спойлер - граппа. Ун коррето аля граппа пор фаворе).

Это я к тому, что к жабами нужен подход. Пусть и дорогой. Пусть и нелегкий. Какая жаба этого не заслуживает??

Его название переводят как "Дитя погоды", но это просто вредительство переводчика, поскольку буквальный перевод искажает смысл. Вот нормально же перевели на английский, хотя тоже некорректно.

Возможно, у Макото Шинкая (ну вот не надо мне рассказывать про систему Поливанова и нездоровое стремление выпендриться и произносить "С", когда там чувствуется уверенное "Ш". Шибуйя, Шиндзюку. Шинкай!) просто нет человека, который молчит, сопит, ходит между аниматорами, а потом в конце выдает название.

Потому что "дитя" отдает розовыми соплями и инфантилизмом, хотя фильм - о преодолении, об ответственности и тяжкой ноше, которую огни все несут.

Я смотрел его позже шедевральной Suzume no Tojimari и это заставило меня крепко задуматься, а может стоило их трогать в хронологическом порядке? Может, Сузуме я воспринял бы иначе? Не знаю. У японцев должно быть особое слово, характеризующее это состояние недоуменного незнания, которое, я уверен, сродни удару колокола ранним утром в храме Идзумо Тайся. Особую пикантность этому незнанию добавляет факт, что в Идзумо нет колокола.

Так вот, Weathering with You.
Так вот, это Макото Шинкай, и этим все сказано. Дальше идет набор банальностей, которые описывают визуальный ряд фильма. Кто сказал, что банальности - бывшие комплименты, которые еще немного и станут ругательствами. Ах да, я это и сказал. Кажется в восьмой главе, но это так, личное, не стоит обращать внимание.

Кто не любит или не понимает Японию - что одно и тоже,- фильм не смотреть.
Кто любит и не понимает, - что тоже одно и тоже, может смотреть и любоваться.
Кто понимает и лишен любви ( а чего любить, вы их цены видели?) - ну не знаю, не знаю.

Фильм - сплошное любование. Визуальное наслаждение городом. Там же такие узнаваемые характерные мемы Токио, каждый - икона стиля. Шиндюзку с его Lumine, незабываемым рядом небоскребов и рекламы, парком (да, ла, "Сад слов"!), типичные токийские узкие улочки и непередаваемый японский набор жизни: метро-лапша-работа, над которым дождь, прозрачные зонтики (их воруют чаще всего), над которым тяготы и лишения японский службы. А еще мистический Иной мир.
В каждом кадре, не уверен, что все это заметят, огромный мир, который намного больше сюжетного действия. То есть, буквально, убери героя или главных героев из кадра - и перед нами другой слой, причем самодостаточный, как вторая сюжетная линия.
Это невероятно, насколько у Макото насыщен бэкграунд, который живет своей цельной независимой жизнью. И я не знаю, кто еще так делает.

По большому счету, фильмы Шинкая - это современный аналог гравюр Хиросиге. Или Хокусая. Не знаю, кто больше для матери-истории ценен...

Сюжет, да сюжет, плотная жизненная история о мечте, о желаниях, о любви и дружбе. О том тонком, непередаваемом тонком (вспомните незвонивший колокол), что не передается словами, что встречается между людьми и связывает их в одной целое. Ведь даже скотинистое жмотство Суга (три тысячи иен в месяц - это поесть один раз от души, причем от скромной души), оно не ощущается, как следовало бы, как циничное использование. Скорее как намеренное действо семпая, старшего умудренного товарища, который понимает, что только так вырабатывается характер.

Их всех связывает атмосфера близости. Особой духовной близости. Именно поэтому Суга бросается на полицейских. Они все - одной крови. Точнее, одного неба. Одной погоды.
И эта близость, особая связанность - на фоне безумно чарующего Токио.

Фильм - шедевер, тут не может быть и речи о другой оценке.